Судьба ни чего не делает просто так

Судьба ни чего не делает просто такОтец Валентины — главный режиссер — привел ее в театр, когда девочке было 2 года. Там, за кулисами, в зрительном зале, а потом и на сцене, она провела детство, отрочество и юность. Там выбрала для себя профессию актрисы.

После смерти отца Валя начала пить. Похороны, поминки, бесконечные столы и посиделки с теми, кто был близок, дружен, хотел помянуть. Девять дней, сорок дней… Страшно остаться одной в двадцать два. Легче, когда алкоголь проникает в мозг и заставляет проблемы отступить. Правда, наутро они наваливаются с новой силой. Но средство найдено. Оно стоит в гримерке, в шкафчике. И все понимают — у девочки горе. И никто не ругает, даже директор, даже когда перед спектаклем — чуть-чуть, чтобы успокоить нервы. И в антракте. И после спектакля…


Валентине стали давать роли. Главные. И она вошла в основной репертуар в качестве юного дарования. Директор вызвал как-то и сказал: «Валентина, бросай пить. Не губи себя». И она — ради ролей, ради будущей карьеры, ради искусства — согласилась закодироваться. Жизнь стала налаживаться. Вуз был успешно окончен. На горизонте появился симпатичный молодой режиссер — Александр. После двух совместных проектов Саша и Валя поженились. В 26 лет она родила и вышла на сцену, едва Анютке исполнилось полгода.

Ничто не предвещало катастрофы. Но преемник Валиного отца на посту главного режиссера был неожиданно снят, а «форменная сволочь» (так она называла, за глаза конечно же, нового руководителя) никакого дарования в Вале не признавал. И она снова начала пить. Чтобы отбить запах, запивала алкоголь валерианой, поэтому перемены в настроении, раздражительность, приступы головокружения, от которых ее шатало из стороны в сторону, коллеги принимали за нервную болезнь тонкой творческой натуры.


Муж бросил Валю, когда Анне исполнилось 13 лет. Просто не выдержал вечно пьяной жены, забрал дочь и сказал: «Живи, как хочешь».

Оставшись одна, Валентина ушла в долгий запой, из которого ее вытащил звонок заведующей труппой, истерично кричащей, что вечером театр отбывает на гастроли, везут спектакль, в котором одну из главных ролей играет Валентина.

К вечерней репетиции на гастролях Валентина не явилась. С обеда она ходила по барам со звукооператором и к шести была совершенно пьяна. Но «автопилот» и многолетняя профессиональная привычка сработали: спектакль — это святое. И в 18.45 она, с трудом попадая в двери, явилась. Это видели все.
{PAGEBREAK}


Валентину уволили через неделю после того, как театр вернулся с гастролей. Она приходила и просила -взять ее обратно. Обещала снова закодироваться. Обещала все, что угодно. Ей не хотели верить. Так проходили месяцы. Вале исполнилось 40 лет. Ее отец в этом возрасте был уже народным артистом.

Тем временем, главного режиссера, который ее недолюбливал, сменил другой, который еще помнил Валиного отца. Он-то и уговорил художественный совет театра собраться и обсудить решение о принятии Валентины обратно, хотя бы на время, на договор, на разовые спектакли.

Это было похоже на советское партсобрание. Валентину ругали, стыдили, обвиняли во всех грехах. Это все было невыносимо. Она и не пыталась оправдываться.

Валентина уже совсем было отчаялась, как вдруг слова попросил главный художник Николаев.

— Я тут человек новый, — сообщил он, и присутствующие заулыбались. Эдуард Николаев был художник в самом расцвете сил и таланта. В свои 45 он уже получил Государственную премию, и его приход в театр воспринимался труппой и режиссерами, как подарок судьбы.

— Я не займу много времени, -продолжил Николаев. — Просто хочу предложить прерваться и оценить абсурдность ситуации. За что мы оскорбляем и унижаем человека? А главное, зачем? Вы что, действительно считаете, что после этого собрания жизнь ее круто изменится к лучшему? Да я бы сам с горя запил, устрой мне любимые коллеги такую головомойку! Предлагаю проголосовать: кто за то, чтобы принять Валентину Владимировну на работу по договору сроком на один год? И разойдемся, коллеги. Жизнь прекрасна и удивительна. Не стоит тратить ее на пустые разговоры.

Николаев поднял правую руку и стоял в такой позе, спокойно улыбаясь и оглядывая присутствующих.

— Ну, хотите, я возьму над Валентиной Владимировной шефство?

Последняя фраза, сказанная полушутливым тоном, разрядила обстановку. Все облегченно вздохнули и… проголосовали «за».

После художественного совета Николаев предложил Валентине подвезти ее.

— Знаете что, — заговорщицки улыбнулся художник, а поедем ко мне в мастерскую. Мне необходимо вам что-то показать. Это не займет много времени.
{PAGEBREAK}

Они вошли в небольшую студию-мастерскую. Эдуард помог Валентине снять пальто, предложил кофе и включил подсветку. Со стены на Валентину смотрела… она сама.

— Кто это рисовал? — волнуясь, спросила Валентина.

— Ваша дочь. Полгода назад, когда я преподавал в академии, к нам пришла девочка и потребовала познакомить ее с лучшим преподавателем. С тех пор четыре раза в неделю я занимаюсь с Анной. Она необыкновенно талантлива. А вы необыкновенно красивы. Я говорю не только о внешней красоте. Анна сумела передать в этих портретах вашу прекрасную душу. Потому что она очень любит вас.

Валентина, как завороженная, встала с кресла и подошла поближе. На глаза ее навернулись слезы. Да, это она — Валентина. Только гораздо красивее, чем была когда-либо в жизни.
— Я и не знала, что Анна… Она трубку бросает, когда я звоню… Она живет с отцом… Она меня ненавидит… Я ей не нужна. Я вообще никому не нужна.

— Ваша дочь любит вас больше всего на свете. Простите ради бога, но я знаю, с ее слов, что ваш бывший муж собирается завести новую семью. И она очень переживает. Ей кажется, что… она никому не нужна. Поэтому она делится со мной своими бедами. Мы с ней очень подружились. И… Валентина, я должен сказать вам еще кое-что. Вы нужны мне.

— Но я — алкоголичка! — она выкрикнула это слово, словно выстрелила из пистолета. — Никчемная алкоголичка, без ролей, без будущего, без любимого чело…

Она не смогла договорить, горло перехватило от рыданий.

— Вы просто не очень счастливая одинокая женщина. А я — не очень счастливый одинокий мужчина. И я верю в судьбу, которая свела нас вместе. Вас, меня и вашу дочь Анну. Судьба ничего не делает просто так. Пожалуйста, поверьте и вы.

Судьба ничего не делает просто так. Жизнь прекрасна и удивительна. Любовь есть. И это — самое главное. В сорок один год в жизни Валентины произошло сразу три знаменательных события. Она вышла замуж за Эдуарда Николаева, получила сногсшибательное предложение сняться в художественном кинофильме и отправилась в Париж с дочерью Анной, ставшей лауреатом международного конкурса художников-портретистов.

И еще, Валентина не стала кодироваться. Она просто бросила пить. Изредка может выпить бокал шампанского в особо торжественном случае. И все. Зачем алкоголь, когда жизнь прекрасна? Когда внутри живут маленькие «солнышки» и порхают бабочки. Когда знаешь, что дома тебя ждут родные, любимые люди. Когда тебе всего лишь сорок один. И все в жизни только начинается!